«…Об устроении в Крымском полуострове образа правления»

Задумывались ли вы, как управлялись Крым, включённый в состав Российской империи 8 апреля 1783 года, и Севастополь, появившийся на пустынных берегах Ахтиарской бухты 3 июня 1783 года?

В первую очередь началось укрепление южных границ империи. 7 ноября 1783 года на вновь присоединённой территории было сформировано Крымское правительство, которое возглавил командующий русскими войсками на полуострове генерал-поручик граф Антон Богданович де Бальмен. Его сменил на этом посту лифляндский барон граф Осип Андреевич Игельстром, который ещё 16 августа 1783 года был назначен князем Григорием Александровичем Потёмкиным на должность командующего.

В состав Крымского правительства вошёл представитель наиболее влиятельного среди крымско-татарской знати рода Ширинских Мегметша-бей Ширинский, экс-директор ханского монетного двора Абдул-Хамит-ага, муфтий Сент-Мегмет-эфенди, который, по словам Г. А. Потёмкина, «довольно оказал усердия при восприятии Крыма под высочайшую державу».

Административно-территориальное устройство в Крыму в первое время оставалось таким же, как в период Крымского ханства. Территориальными единицами были каймаканства и кадылыки. На полуострове было шесть каймаканств, в которые входили 42 кадылыка. Больше всего селений входило в Мангупский кадылык.

Указ Екатерины II

Указом Екатерины ΙΙ от 8 февраля 1784 года была образована Таврическая область, в состав которой вошли Крымский полуостров, Тамань и земли к северу от Перекопа до границ Екатеринославского наместничества.

Указ предписывал Сенату разделить область на семь уездов, «устроить города, областной и уездный, и в них открыть присутственные места» (госучреждения — прим. авт.).

Севастополь не вошёл ни в один из уездов, он был безуездным городом. И городом ли?

Ведь в указе Екатерины ΙΙ от 10 февраля 1784 года речь шла об устройстве крепости Севастополь и не был определён статус города, в отличие, например, от Кронштадта, который создавался как крепость, но в него вошли город и портовые сооружения.

11 июня 1784 года вместо Крымского правительства было учреждено Таврическое областное правление.

Новым главой крымской администрации стал генерал-аншеф, действительный статский советник Василий Васильевич Каховский. В этот же день состоялось первое заседание Таврического областного правления.

Заседали в Карасубазаре, в генеральной квартире командующего О. А. Игельстрома.

Это было организационное заседание, на котором заслушивался один вопрос: «высочайшее её императорского величества соизволение, препровождённое к нему от его светлости господина генерал-фельдмаршала Екатеринославского и Таврического генерал-губернатора и кавалера князя Григория Александровича Потёмкина об устроении в Крымском полуострове под названием Таврической области образа правления в Российской империи установленного». Затем был зачитан ордер Г. А. Потёмкина, которым «велено ему (Каховскому — прим. авт.) вступя в Крымское правительство в оном председательствовать».

На этом же заседании Каховский сообщил, что вместе с вице-губернатором они отлучатся «для объезду области и других нужных исправлений», а оставшимся членам рекомендовано решать текущие дела «в силу законов». Знакомство с внутренним состоянием новоприсоединённого края было одной из первых задач в Крыму.

Созданное Таврическое областное правление как учреждение «для управления людьми» тут же породило «ябеды общие со многими пороками». Очередное заседание правления состоялось через два дня после первого заседания — 14 июня 1784 года. По содержанию оно кардинально отличалось от первого. Его повестка состояла лишь из «доношения жителей».

Жители Эльбузла (совр. с. Переваловка Судакского горсовета) жаловались, что в деревне Кишлав (совр. с. Ольховка Белогорского р-на) военные заняли нужные им сенокосные места; аналогичная жалоба поступила от жителей деревни Карабай (совр. с. Дятловка Симферопольского р-на); в деревне Тайган (совр. с. Озёрное Белогорского р-на) гусары вырубили лес Барадира Мурзы, о чём он жаловался в областное правление; а в деревне Джерабаши донские казаки не разрешают жителям косить траву на принадлежащих им сенокосах и др.

Командующий эскадрой судов контр-адмирал Томас Макензи (Фома Фомич Мекензи) отреагировал на решение областного правления следующим ответом: «…имею честь донесть, что из вверенной мне эскадры для рубки садовых деревьев никогда позволения не было и наистрожайше господам командующим судов предписано не только никаких обид и притеснений здешним обывателям не делать, но и обходиться с ними дружелюбно и ласково, о чём и сего числа от меня подтверждено».

В Таврическое областное правление документов из Севастополя практически не поступало, что вполне объяснимо, так как здесь в основном находились военнослужащие и практически отсутствовало гражданское население. Несколько раз в областное правление поступали рапорты от Севастопольской таможни и Балаклавской таможенной заставы со сведениями о прибытии и убытии купеческих суден.

Из одного такого рапорта, поданного в Таврическое правление 9 сентября 1784 года, удалось установить дату открытия Севастопольской таможни. В нём сообщалось, что в Севастопольской портовой таможне «с самого открытия, то есть с мая 1 числа сего года, и поныне пошлинной денежной суммы в сборе и расходе ничего не имелось».

Первые несколько лет областное правление было главным административным органом, который имел всю полноту исполнительной власти.

В 1784 году начали свою деятельность коронные учреждения, сейчас бы мы сказали «федеральные»: таможни, карантины, палата казённых дел, палаты уголовного и гражданского судов, начали работу областные казначеи. Всё это были административно-полицейские, финансово-хозяйственные и судебные учреждения. А вот выборные присутственные места стали открываться в начале 1787 года, перед приездом Екатерины ΙΙ в Крым.

Первым таким присутственным местом в Севастополе был городовой магистрат, о котором пойдёт речь в следующем номере.

Читайте также: Консулы Великобритании в Севастополе

Наталия ТЕРЕЩУК, историк-архивист