И один в Польше — воин

Знакомьтесь, Блажей Кравчик — 37-летний поляк, который родился в городе Колобжеге, на берегу Балтийского моря.

Кстати, там установлен единственный в Польше памятник санитарке — в честь санитарок Второй мировой войны из рядов Войска Польского, которые вместе с Красной армией сражались за Померанию весной 1945 года.

Сейчас Блажей Кравчик живёт в Варшаве. Он моряк — ходит в двухнедельные рейсы по странам Европейского союза. Родственников в России у него нет. Но любви и уважения к нашей стране не занимать.

Эти чувства — результат увлечения историей, особенно периода войны, которая нанесла сокрушительный удар и по его родной стране. А Блажей — патриот.

Он вспоминает, что всегда тепло относился к России, но в последние годы его мировоззрение особенно заметно приобрело определённый вектор благодаря чтению. «Я начинаю очень многое понимать, — признаётся он. — И меня никто не обманет, что было так, а не по-другому».

 Это — кусочек России, кусочек истории

 В последние три года Блажей Кравчик во имя польско-русской дружбы по личной инициативе восстанавливает и облагораживает памятники и могилы советских воинов, погибших при освобождении Польши.

Он согласен с тем, что отчасти государственные структуры должны за ними ухаживать. Но бюджетные деньги идут на поддержание крупных памятников, а малоизвестные забыты.

И это несправедливо, считает наш знакомый. Коммунальщики проводят уборку, обрезку деревьев на кладбищах, но могилами и памятниками они не занимаются. А со временем те сами по себе краше не становятся.

О существовании такого понятия, как субботники, Блажей до нашего с ним разговора не знал. «Люди делают что-то только для своей семьи — это всё. Такой прекрасной инициативы в Польше нет. Все ориентированы только на себя. Мне бы хотелось, чтобы было по-другому», — признался он.

И поэтому сам Кравчик много свободного времени тратит на то, чтобы восстановить плиты, покрасить на них звёзды и отдать дань уважения тем, кто защищал его страну, не щадя собственной жизни в суровые военные годы. «Для меня такие кладбища — как кусочек России, кусочек истории. Я люблю там проводить время», — признаётся он.

К слову, Блажей особенно неравнодушен к могиле Сергея Киселёва — советского лётчика, участника Великой Отечественной войны, Героя Советского Союза и уроженца Севастополя. Возможно, потому, что он похоронен совсем недалеко от того места, где сейчас живёт моряк.

И каждый раз, возвращаясь из рейса, Блажей навещает нашего земляка. К сожалению, ни с кем из его семьи волонтёр не знаком, никого больше на этой могиле никогда не встречал. И неизвестно, приходит ли туда ещё кто-нибудь хоть иногда.

Но это не единственная могила, над которой он взял шефство. Их — десятки.

«Памятников в Польше много — 1,5 тысячи. А сколько кладбищ — я не знаю, очень много. Три-четыре месяца назад я нашёл хорошее кладбище, на котором ещё много можно чего сделать. Но нужно дождаться смены времени года, потому что зимой я не могу ничего делать. Я много нахожу кладбищ. Ищу по интернету. И когда нахожу, могу многое сделать. Я не говорю людям глупости, что я строю для них что-то, нет. Я могу покрасить, почистить, сделать уборку, зажечь свечи, возложить цветы. Люди несколько раз просили меня, чтобы я ухаживал за могилами их родственников — дедушки, отца — нет проблем, я готов это делать, — рассказал Блажей. — Каждый месяц я только в Варшаве два кладбища советских солдат Красной армии посещаю. Ну, и немножко могил обычных советских людей, о которых уже забыли. Я выбираю, какие объекты выглядят хуже. В последний раз я нашёл могилу ребёнка, который жил всего 11-12 дней. Он погиб. Это (кажется) был 1945 — я уже забыл. И никто уже не будет заниматься его могилой. Его семьи уже нет, я думаю, в Польше никто не знает о нём. Если я не буду это делать — никто не будет это делать».

Одной только Варшавой Блажей не ограничивается. Он рассказал, как недавно нашёл за 100 км от столицы, в лесу, у города Скернивице, могилы трёх советских солдат, которые погибли при его освобождении — шли ожесточённые бои.

«Если ни один человек не помнит место, его не помнит никто. Все любят ходить в мавзолей (Кладбище-мавзолей советских воинов в Варшаве) — большое красивое место, много красивых памятников, большой обелиск, там всё красиво. Там удобно погулять, походить, посмотреть. Но нет. Я смотрю на это по-другому. Нельзя забывать места, которые стираются из памяти людей. Надо помнить. Все (места захоронений) заслуживают хорошего отношения, уважения к себе. Большая группа солдат, три солдата или один — это были солдаты, это были люди, чьи-то сыновья, которые пришли сюда, в Польшу, и здесь дрались с фашистами, с бандеровцами, которые тоже были в Польше. Они свою жизнь положили на то, чтобы сегодня я мог говорить по-польски, чтобы я мог нормально жить в свободной стране», — объясняет он.

 В современных реалиях

 Кравчик говорит, что всегда интересовался историей. Но раньше дело не шло дальше её изучения. В конце концов пришло желание активно действовать. «Я не из тех, кто любит много общаться в интернете, раздавать листовки на улице и ходить с транспарантами. Я люблю делать дело», — говорит он.

За несколько лет у моряка с довольно необычным для европейской страны хобби появилась некоторая известность, хотя он её не искал. Его знают не только в России, но и на родине. Однако вопрос о том, появились ли у него последователи за это время, расстроил Кравчика.

«Да, но это стало проблемой. Все они делают это для себя, стараются стать известными, хотят сделать большие вещи, но не своими руками. Это очень неприятно. Они хотели быстро использовать всё то, что я сделал. Мне было очень неловко — я разочарован, — признался волонтёр. — Это люди, которые не хотели ничего делать. Они хотели говорить, писать в интернете, заходить на кладбище и становиться на колено. А для вас это не будет ничего значить. Значимо то, что один человек сделал для другого человека. Разговоры не означают ничего. Или люди хотят денег — чтобы их дало государство. А я не хочу денег ни от кого. Люди спрашивали номер моего банковского счёта, чтобы перевести мне деньги. Но нет, я никогда не возьму. Как только я начну брать деньги, наступит конец моей деятельности. У меня хорошая работа, я хорошо зарабатываю и могу сам за всё платить».

Однако его мотивируют и друзья из России. Поддерживают и местные. Существуют ли те, кто его осуждал бы в Польше? Блажей убеждён, что нет, — он с этим никогда не сталкивался. Но признаётся, что со стороны Евросоюза ведётся недобросовестная пропаганда против России в целом, которая может влиять на неокрепшие умы молодёжи.

«Люди нормально относятся к русским. Нет никаких проблем. Люди хорошо говорят о русских, о президенте Путине, — делится он наблюдениями. — В Польше существует пропаганда Евросоюза, США, которая говорит о том, что военные США освобождали Польшу. Это неправда. Тот, кто читает книги, знает, что было по-другому. Молодые люди мало знают о Советском Союзе, книг они не читают — всё, что они знают, это из интернета. Это нехорошо».

Он признаёт, что несколько лет назад в стране был актуален вопрос декомунизации. Но считает это провокацией и уверен, что эта тенденция была связана исключительно с украинской политикой. К счастью, люди во власти Польши поменялись, и действия в этом направлении прекращены.

«Нужно помнить и тех, кто построил эти памятники — это большая часть истории, — это люди, которые жили в то время, которые строили, меняли жизнь поляков к лучшему. Это нельзя удалять — это как удалять людей, которые жили и работали в то время», — говорит Блажей.

По поводу современных, часто напряжённых отношений России с европейскими партнёрами Кравчик считает, что всё это может быть связано только с конкретными политическими интересами отдельных лидеров.

«Глупости говорят из Евросоюза, что Россия хочет войны, и другие. Но войны никогда не будет в Евросоюзе, России и США. Не будет. Потому что экономически (не выгодно), — считает наш собеседник. — Дураки те, кто будет только смотреть телевизор и ни о чём не думать, ничего не читать. Могут думать, что Россия опасна. Нет, Россия не опасна! Россия — как большой медведь, который лежит, и если никто не будет его трогать — никогда ничего другим не сделает. У России другие дела».

Смогут ли поляки в большинстве своём сохранить память о Красной армии как об освободителе их страны? Блажей считает, что думающие люди, несомненно, да. В то же время история не может быть плоской, «как бумага».

Поэтому и он сам с любопытством относится, например, к воспоминаниям солдат Армии Крайовой, у представителей которой, как известно, было неоднозначное отношение к советским войскам и партизанам — от проведения совместных операций до открытых вооружённых столкновений. Но ведь нужно смотреть на факты шире, объёмнее.

А школьную программу, к его сожалению, составляют политики, которые часто зависимы от мнения Евросоюза. Поэтому в учебниках о Второй мировой войне могут несправедливо мало внимания уделять роли России.

Но тем более, для сохранения объективности, растёт значимость дружеских отношений между людьми, добрососедства представителей разных народов, уважения к мужеству и героизму, бережного сохранения существующих памятников и воинских могил.

Ирина ВОЛКОВАЯ

Материал по теме: Это нужно не мёртвым, это нужно живым